Однако в реформе был элемент конфискации, направленный против спекулянтов. Вместе с ними пострадали крестьяне, хранившие деньги в «кубышках», но кто в ту эпоху думал о селе! Вклады в сберкассах размером до трех тысяч рублей переоценивались один к одному. Свыше трех тысяч — три к двум. Свыше 10 тысяч — два к одному. Как ни старались держать реформу в тайне, накануне возник ажиотажный спрос. Граждане с крупными вкладами ринулись в коммерческие магазины, чтобы сбросить неправедные капиталы, хотя цена в коммерческих магазинах была в несколько раз выше, чем у товаров, которые распределялась по карточкам.
Вокруг реформы возникло множество нелепых слухов. Поговаривали, что скоро деньги будут вовсе отменены. Не потому, что грядет коммунизм, об этом речи не было. Но ведь Карл Маркс учил, что деньги — это «неясный товар», характерный для капиталистического способа производства. И конечно, еще свежа была в памяти довоенная карточная система, которую в СССР отменили лишь в 1935 году.
Накануне отмены карточной системы были созданы большие запасы товаров, которые привлекли из Госрезерва. Финансисты подсчитали, что уровень доходов населения не позволит опустошить полки. Средняя зарплата в 1947 году составляла 550 рублей, у рабочих — 650 рублей. Буханка ржаного хлеба стоила три рубля, килограмм дешевой говядины — 30 рублей, бутылка водки — 60 рублей. Особо не разгуляешься.
Доходы населения росли, и в 1950-х рабочий получал 700 рублей. И все-таки покупательная способность населения не вышла на довоенный уровень, что опровергает миф о процветании страны при Сталине. В начале 1950-х цены на товары были выше довоенных на 38 процентов. Дефицит промтоваров обострялся. Нет, эпоха не была изобильной, достижения были на других фронтах.
Статистика, как известно, самый лукавый способ втирать очки. Но сегодня на среднюю зарплату можно купить в 10 раз больше мяса, чем в сталинские времена. Факт, что Россия вошла в двадцатку стран по потреблению мяса и заметно опережает, например, благополучные Францию и Швецию.
Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции
